12 Мая 2009 13:00
http://uralpress.ru/node/162815

Поклонники и артисты Челябинской оперы всегда помнят Николая Сурикова

Оперной сцене Челябинска этот замечательный певец и добрый, светлый человек отдал двадцать лет (с 1974 по 1994 годы). Николай Фёдорович ушёл из жизни в год своего пятидесятилетия, полгода не дожив до юбилея. И хотя прошло уже пятнадцать лет, поклонники и коллеги не забывают этого удивительно артистичного и красивого певца, обладателя прекрасного баритона.

На сцене Николай Суриков был всегда элегантен, раскрепощён и лёгок. Выражение «не в голосе» – не про него. В послужном списке певца были практически все баритональные партии из репертуара театра. И во всех своих героев – а их более тридцати, он был влюблён. Зрителей покорял благородный и сдержанный в своих чувствах Елецкий в «Пиковой даме», страстный и пылкий Роберт в «Иоланте», хитроумный выдумщик Фигаро в «Севильском цирюльнике», жизнелюб Дон Жуан в одноимённой опере Моцарта. Так же незабываемы его Валентин в «Фаусте», Онегин в «Евгении Онегине», Жермон в «Травиате», Белькоре в «Любовном напитке», Марсель в «Богеме», Мизгирь в «Снегурочке», Ренат в «Бал-маскараде» и другие.

Николай Суриков был не только певцом с удивительно красивым голосом, красивой внешностью, он был настоящим артистом. Он любил петь, создавая образы, передавая характеры своих персонажей, их настроение, их страсть и делал это великолепно. Когда в «Севильском цирюльнике» его Фигаро стремительно врывался на сцену со словами : «Раздайся шире, народ, – города первый любимец идет!» – то казалось, что это актёр поёт о себе самом. Его действительно любили все – и зрители, и актеры, потому что творчество этого певца было оптимистичным и светлым как он сам. В искусстве незаменимые есть – это про Николая Сурикова. И когда такие люди уходят, они всё равно остаются. В сердцах – светлой грустью и памятью, а на сцене и в зале – доброй притягательной аурой.