Челябинск - новости города и Челябинской области

Об агентстве Контакты Реклама
Погода в Челябинске
Рваные облака
-20 °C
  • Рваные облака
  • Ветер: ССЗ, 2 м/с
  • Давление: 775 мм рт.ст.
  • Отн. Влажность: 84 %
Карта региона
 
Rambler's Top100
 

Гаяз Самигулов: «В Челябинске есть шанс найти остатки северной крепостной стены и, возможно, северной Казанской башни»

 
Гаяз Самигулов: «В Челябинске есть шанс найти остатки северной крепостной стены и, возможно, северной Казанской башни»
21/06/2007 - 09:34

В Челябинске перед любыми строительными работами в определенной черте Центрального района города проводятся археологические изыскания. Первые раскопки были проведены в 1991 году на пересечении улиц Свободы и Карла Маркса. Тогда археологами были найдены фрагменты керамических сосудов, бутылок и монета 19 века.

На сегодняшний день специалистами археологического научного центра Челябинска "раскопано" более 40 участков в черте старого города. Найдено огромное количество «следов» жизнедеятельности наших предков: от осколков битой посуды до старинных улиц.

Челябинск растет, в перспективе – немало новых построек в центре города. О том, что еще может быть найдено во время археологических изысканий, о проблемах и тонкостях этого интересного и значимого для истории и культуры процесса корреспонденту "Урал-пресс-информ" рассказал кандидат исторических наук, заместитель директора челябинского археологического научного центра, этноархеолог Гаяз Самигулов .

- Гаяз Хамитович, расскажите, где именно в центре Челябинска должны проводиться археологические изыскания, и как организован этот процесс.

- В центре нашего города есть территория, являющаяся памятником археологии. Она оконтуривается следующим образом: ее южная граница проходит по улице Коммуны, западная – по улице Красная и за рекой в Калининском районе по улице Каслинская, северная граница проходит по малоизвестной сейчас улице Работниц и восточная – по улице Российская. Это так называемый «Культурный слой города Челябинска 18–19 веков».

В 1991 году памятник археологии с таким названием был внесен в списки вновь выявленных памятников. А в 2005 году в Министерстве культуры Российской Федерации был завизирован паспорт на эту территорию.

Первые археологические изыскания в Челябинске инициировал главный специалист Государственного Научно-производственного Центра по охране историко-культурного наследия Челябинской области (ГНПЦ) Николай Меньшенин в 1991 году. Тогда были заложены, выражаясь профессиональным языком, первые шурфы: на участке, что на углу Свободы и Карла Маркса, где сейчас Райфайзен банк, были выкопаны ямы размером два на два метра. Послойное исследование дало результат: фрагменты посуды и монету 19 века. Это стало поводом для официальной регистрации старой черты города как памятника археологии.

- Но почему только эта территория стала памятником, как же остальные части нашего города?

- Дело в том, что Челябинск до середины 60-х годов 19 века был очень мал. Он весь укладывался в те границы, которые я назвал, по крайней мере, его жилая часть. Правда, есть еще другие участки, которые следует изучать отдельно.

Например, участок старого кладбища, существовавшего с 1772 года и до революции. Он находится на территории, берущей начало у бывшего магазина "Ритм" и протягивающейся на юг, к кинотеатру Пушкина. Если здесь начнется новое строительство, археологические изыскания непременно будут проведены, в противном случае работы будут вестись прямо на костях. Примеры археологического изучения старых кладбищ у нас в городе есть. Один из них – в 1996 году, когда прокладывался пожарный водовод к Картинной галерее через площадь перед Оперным театром.

Когда вели траншею от улицы Труда, экскаватор зацепил гроб. Так было найдено кладбище, основанное, вероятно, примерно спустя три года после основания крепости. Это кладбище располагалось возле церкви Николая Чудотворца, которая стояла на нынешнем пересечении улиц Труда и Цвиллинга у Оперного театра.

Этот случай в свое время имел широкий резонанс – довольно много публикаций в прессе, живое обсуждение вопроса о возможной дате возникновения кладбища. Тогда было найдено более 100 погребений детей и взрослых. Кости были перезахоронены на Митрофановском кладбище.

Второй случай – аналогичный. Когда копали котлован для фундамента под памятник Глинке, нашли более 10 погребений, из них большая часть детских. Это обычно для кладбищ XVII – начала XIX веков, поскольку в те времена была очень высока детская смертность. Могилы детей в возрасте до одного года составляют половину и больше от общего количества погребений.

- Расскажите, как у нас осуществляется организация и процесс археологических изысканий.

- Застройщик должен получить согласование в ГНПЦ на проведение строительных работ. ГНПЦ как орган, осуществляющий контроль за соблюдением законодательства по охране памятников истории и культуры, выписывает задание. И дальше застройщик организует и оплачивает археологические изыскания.

- И какова цена этих работ?

- Об этом даже говорить не хочется… Расчетная стоимость по нормативам составляет не менее двух с половиной тысяч рублей за один квадратный метр. В Перми и Екатеринбурге – три тысячи за квадратный метр. Это нормальная цена, но зачастую она существует только на бумаге.

- А кто предоставляет технику?

- Техника застройщика. Это экскаватор, который нужен для снятия первого, современного слоя. Под ним находится культурный слой 18-19 веков. После того, как техника снимет верхний слой, приступают к работе специалисты археологического научного центра. Площадка разбивается на участки размерами 3х3 метра или 4х4 метра, формируется своеобразная жесткая сетка раскопа. Это делается для того, чтобы было проще фиксировать на плане раскопа места находок, очертания обнаруженных построек. Раскопки ведутся согласно этой разбивке "ручным" способом. Работают большей частью студенты под руководством специалистов-археологов.

- Как долго ведутся такие раскопки?

- Это зависит от площади раскопа, от мощности культурного слоя, от количества и размеров построек, существовавших на данном конкретном участке. Мощность слоя может быть разной: 30-40 сантиметров, как, например, на пересечении улиц Труда и Красной, возле "Юности", а иногда больше двух метров, как было на участке, где теперь находится Краеведческий музей.

Причем здесь было много слоев навоза, так как челябинцы 18-19 веков содержали немало скотины. Эти слои сослужили хорошую службу: навоз спрессовывается и плохо пропускает воздух, поэтому процесс гниения происходит не так быстро. И наши находки были в неплохом состоянии. На этом участке мы обнаружили следы существования улицы 18 – середины 19 веков, по архивным документам восстановили ее название: Челябинская. Она проходила между нынешними улицами Елькина и Васенко и доходила до реки. Поскольку место у реки было топким, полотно улицы представляло собой «гать» – плотный настил из жердей и веток.

В среднем раскопки ведутся месяц, полтора. Если площадь участка слишком большая, четыре-пять тысяч квадратных метров, то около трех месяцев. Для археологии это быстрые темпы.

- Сколько человек обычно участвует в раскопках?

- Работают отряды по 20-40 человек, на раскопе Краеведческого музея одновременно могло работать человек сто.

И что, всегда во время раскопок бывают находки?

- Без находок не бывает. Если сейчас пройти по городу, то можно заметить, что наши улицы особой чистотой не отличаются: битое стекло, пробки, бумага. В ту пору было то же самое: терялись деньги, билась посуда. Больше всего мы находим битых глиняных горшков, тогда такой посуды было много. Далеко не все из них склеиваются. Хотя, бывает, находим практически целые вещи.

Также находим много различного стекла: бутылочки аптечные, парфюмерные. Встречаются железные изделия – топоры, ножи, подковы. Гораздо реже попадаются изделия из кости, плохо сохраняется дерево.

- А деньги?

- Народ тогда был бережливый и монеты не терял. Поэтому среди денежных находок минимум серебряных монет: всего три – четыре. В основном находим медные.
Если еще говорить о находках, у нас уже есть хорошая коллекция топоров. По ней можно проследить развитие формы инструмента от средневековья до наших дней. Порядка 20 штук. Сейчас эта коллекция обрабатывается.

Топоры тогда были кованые, двусоставные: обух изготавливался из железа, а само лезвие, рабочая часть, из стали. В случае с топорами, да и с многими другими предметами, неплохо было бы проводить металлографический анализ, но это довольно дорого. Ищем более доступные варианты. Сейчас эту строку мы вносим в договор с застройщиком. Были случаи, что застройщики соглашались.

- Что вы делаете с тем, что нашли во время археологических изысканий?

- После полевых работ начинаются работы камеральные, или комнатные. Как правило, "камералкой" служат помещения Археологического научного центра. Сначала все находки тщательно отмываются. Затем идет этап подбора. Части собираются как пазлы, что можно склеить – склеивается.

Далее следует опись находок. Занимаются камеральной обработкой в основном студенты. По ходу камеральных работ и после их завершения идет анализ находок и других полевых материалов: чертежей, фото. Уточняем характер некоторых изделий – далеко не все находки удается определить сразу – из какого материала изделие, каких годов, какого века. Определяем, для чего служила та или иная постройка и так далее.

Идеальный вариант, когда кроме результатов раскопок в наличии есть еще архивный материал. Но пока мы в этом совершенства не достигли. Например, мы редко можем определить, кому принадлежал тот или иной участок в 18 – начале 19 века. Выяснить владельца двора конца 19 – начала 20 века гораздо проще. А так как дома в те времена тоже нередко продавали, то хозяева дворов нередко менялись в течение века, и не один раз.

Проблема такого поиска заключается в неполноте архивных материалов и в нашем плохом знании истории своего города. Адресом раньше, то есть до начала 20 века служил не номер дома по улице, а «номер дворового места» – вся жилая территория города делилась на дворовые места, или просто дворы. Нумерация была сквозной для всего города. Все бы ничего, но эта нумерация за дореволюционный период существования города менялась как минимум трижды. И ни одного плана города с показанными на нем номерами дворовых мест, кроме конца 19 века, не найдено.

К этому надо добавить, что планировка города во второй половине 19 века изменилась практически полностью. Город перепланировался по Генплану, утвержденному в 1838 году. Этот план практически не учитывал существовавшую на тот момент планировку города. Достаточно сказать, что от старой планировки сохранились только нынешние улицы Труда, Маркса, Цвиллинга и Свободы, еще, в какой-то степени, улица Кирова в Заречье. При такой радикальной перепланировке часть существовавших ранее дворов просто исчезла. Но, в общем-то, это тема отдельного рассказа.

Мы смогли восстановить соотношение некоторых улиц, существовавших в 18 – начале 19 веков, и современной планировки города. Восстановили, как какая улица в то время называлась. Раньше было известно только несколько исторических названий улиц. В основном, прослежены были старые названия для тех улиц, которые сохранились в ходе перепланировок с 18 века. Нынешняя Карла Маркса раньше была Исетской, улица Пушкина называлась Мастерской, Цвиллинга была Христорождественской, Труда – Сибирской, а улица Свободы носила название Ключевской. Но определить, где именно на этих улицах находилось то или иное дворовое место в 18 – начале 19 века, очень сложно.

Однако понемногу материал накапливается и, видимо, скоро мы все таки сможем более полно восстановить планировку старого Челябинска. А что касается Генплана 1838 года, то перепланировка по нему продолжалась почти 100 лет. Последние «неплановые проулки» – остатки старых челябинских улиц – исчезли лишь в 1930-е годы.

- А что из себя представлял этот Генплан и чем именно он был плох?

- Генплан был чудовищный. Оренбургский гражданский губернатор, Жуковский, в 1833 году писал челябинскому уездному землемеру Крупскому, что план никуда не годится и нужно создать новый. Правда, ничего после его заявлений не изменилось.
Сам генплан Челябинска по указу Николая I подготовил Троицкий землемер Сидоров в 1830 году. Тогда такие планы составлялись на все города. В 1836 году челябинский землемер Львовский его немного доработал: указал запас земли для расширения города. 8 ноября 1838 года Николай I высочайше утвердил генплан Челябинска, и тот вступил в силу закона.

План был плох тем, что не учитывал существовавшую застройку города. До 80 процентов всех дворов пришлось бы переносить, чтобы "подогнать" существующую планировку под документ.

- Давайте вернемся к процессу оформления находок. Что происходит после их анализа?

- Все формируется в отчет, в котором есть фотографии и прорисовки по возможности отреставрированных вещей, фиксация раскопанных слоев, расположение объектов, общий план раскопа. Также в отчете каждый объект описывается подробно. Находки отправляются в Челябинский областной краеведческий музей. Когда будет создан музей города Челябинска, часть находок будет передана в него.

- А те находки, что не удалось отреставрировать?

- Это большая проблема. Это в основном фрагменты посуды. Они хранятся у нас и их все больше. Существует практика, когда остатки найденного материала где-нибудь закапываются. Другой вариант – подробно описывать все фрагменты керамики, именно к этому сейчас прибегают в Москве. То есть указывать в описи состав "теста" (глины), характер обжига и так далее. У нас бывает с раскопок от четырех до 12 тысяч фрагментов керамики.

Теперь представьте, что нужно каждый из них по многим параметрам описывать. Это же огромный, бешеный труд!

- Гаяз Хамитович, подведите небольшой итог тому, что дали археологические изыскания в Челябинске.

- Появилось представление о характере и традициях жителей старого Челябинска. Например, о погребальном обряде первопоселенцев Челябинска в 18 веке. В отличие от современности, погребения в ту пору были довольно разными: хоронили в дощатых гробах, в колодах (гробах из цельного ствола дерева), оборачивали в бересту или в кору другого дерева.

Последние варианты – это традиционные элементы погребального обряда прикамских финнов – удмуртов, коми. Очевидно, в составе первопоселенцев крепости было довольно много крещеных коми и удмуртов, тем более, что заселение Зауралья в 17 – начала 18 века шло в основном из районов Русского Севера и Прикамья. А по документам крещеных представителей приуральских народов проследить сложно. Раньше по документам все православные записывались как русские. Если крещеный, значит, русский, и все.

Также археологические исследования дали материалы о том, какова была старая планировка города, характер построек, развитие ремесла, бытовой утвари и прочее.

- Территория, которая является памятником археологии, сейчас достаточно застроена. Не будет нового строительства, значит, прекратятся и археологические изыскания?

- Действительно, конец этим работам когда-нибудь придет. Самое забавное, что мы так и не нашли собственно челябинскую крепость. Она была расположена напротив нынешнего Кировского моста, на территории, включающей нынешнюю табачную фабрику, и западную часть сквера перед Оперным театром. Ее площадь – 130 на 130 метров.

Хотя перспектива есть. Когда будут строить подземный переход по улице Труда, работы коснутся места, где проходила северная стена крепости. Так что у нас есть еще вполне реальный шанс найти остатки северной крепостной стены и, возможно, северной Казанской башни.
Фото Сергея Арканова, сотрудника Челябинского археологического научного центра

Евгения Шевченко

Фото

Гаяз Самигулов: «В Челябинске есть шанс найти остатки северной крепостной стены и, возможно, северной Казанской башни»
Гаяз Самигулов: «В Челябинске есть шанс найти остатки северной крепостной стены и, возможно, северной Казанской башни»
Гаяз Самигулов: «В Челябинске есть шанс найти остатки северной крепостной стены и, возможно, северной Казанской башни»
Гаяз Самигулов: «В Челябинске есть шанс найти остатки северной крепостной стены и, возможно, северной Казанской башни»
 
 

Читайте новости:

 

© 2016
Сайт разработан
andribas

© 1997-2016 Региональное информационно-аналитическое независимое агентство "Урал-пресс-информ"
Эл №ФС77-52356 от 22.12.2012г., выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)
Адрес редакции: г. Челябинск, ул. Монакова, д. 33, офис 2
Телефоны: (351) 237-29-26, 260-51-33, 237-15-35. Email: maineditor@uralpress.ru
По вопросам рекламы обращаться: rek@uralpress.ru

При использовании информационных материалов агентства обязательно наличие активной гипертекстовой ссылки не закрытой от поисковых систем.

Редакция не несет ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности, если такая информация содержится в комментариях читателей.

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования