Челябинск - новости города и Челябинской области

Об агентстве Контакты Реклама
Погода в Челябинске
Незначительная облачность, дым
-17 °C
  • Незначительная облачность, дым
  • Ветер: СВ, 1 м/с
  • Давление: 779 мм рт.ст.
  • Отн. Влажность: 77 %
Карта региона
 
Rambler's Top100
 

Наталья Зубаревич: Не стойте с дубиной над головой российского бизнеса!

 
13/04/2009 - 10:06

Наталья Зубаревич относится к тому редкому числу преподавателей, которых боготворят студенты и уважают коллеги. О серьезных вещах она говорит простым и доступным языком, не забывая о ярких практических примерах, поэтому слушать ее можно часами. На этой неделе профессор географического факультета МГУ им. Ломоносова, директор региональной программы Независимого института социальной политики, специалист в области социально-экономического развития регионов, социальной и политической географии Наталья Зубаревич приняла участие в видеоконференции в формате телемоста Челябинск-Москва-Ижевск на тему «Кризис в регионах: анализ и комментарии». Сегодня ей слово.

Кризис начал расползаться вширь

Нынешний кризис – явление неизбежное. Дело не в том, когда он наступил, а скорее в его степени жесткости. В российском пространстве он вскрыл все структурные и немодернизированные дефекты, поэтому в первые три месяца он как хороший диагност – беспристрастно определял все наши болячки.

Первыми, как вы знаете, рухнули регионы моноспециализированные. Иными словами, стоящие на одной ноге. Ведь стоять на одной ноге неудобно, опасно, а когда еще начинают трясти – падаешь.

За первые три кризисных месяца – октябрь, ноябрь, декабрь – на 30 процентов упало промышленное производство в основных российских металлургических регионах. Это Челябинская, Вологодская и Свердловская области. Спад был мощнейший и совершенно неожиданный.

В итоге все наши кормильцы, которые плавят металл, просели очень сильно. И это понятно: одновременно очень сильно сократился и мировой спрос на их продукцию, и российский инвестиционный. Начало падать строительство.

Вторыми пошли вниз регионы машиностроения, скатившись до уровня минус 30 процентов. Это огромный, если хотите, «военный» спад». Таким образом, к декабрю разруха в пространстве регионов была более-менее четко распределена по специализации. Это была первая фаза кризиса.

В декабре спад даже немного приостановился по стране, и мы с надеждой стали ждать январь. Но на этот месяц пришелся второй удар – еще более серьезный. Если взять в целом по стране, то это -16 процентов промышленного производства по сравнению с прошлогодними показателями за аналогичный период. В феврале и марте ситуация чуть смягчилась, но самое интересное – за счет чего.

Те металлурги, которые в конце прошлого года грохнулись первыми (на -30-40 процентов), сейчас начинают потихоньку выкарабкиваться – для них первое дно уже прошло. Вопрос в том, будет ли оно одно?

Вместе с тем, для неконкурентоспособных регионов, то есть для машиностроителей, спад не прекратился. Говорить о том, что они достигли дна, еще рано.

Так, Нижегородская и Ульяновская области замечательным образом демонстрируют нам, что все плохо и может быть еще хуже. То есть в целом по стране ситуация чуть улучшилась лишь благодаря окрепшим металлургам и нефтегазовым регионам, которые пока держатся за счет собственного надежного запаса прочности. Последние, кстати, судя по всему, в объемных показателях и не рухнут. Нефть и газ – наше все, и на его сохранность российское правительство не пожалеет никаких денег.

Однако самое главное сейчас то, что кризис начал распространяться вширь по территории страны и постепенно охватывает все больший круг регионов. Это, прежде всего, «срединные» регионы, где все тоже очень неравномерно. Больше всех достается лесопроизводящим регионам – Карелия, Кострома и другие северные районы Центральной России. Там капитально проседает рынок.

Вместе с тем, хочу отметить, что специализация – это вовсе не приговор народного суда, а очень сильная предпосылка к кризису, спаду или выживанию региона. Подтверждение тому машиностроительная Калужская область, которая на фоне общероссийского спада в этой отрасли демонстрирует стахановские темпы роста. Также пока радует Белгородская область, сравнительно быстро оправившаяся от первой волны кризиса.

Ситуация с Челябинской областью сейчас больше напоминает синусоиду – спады и подъемы чередуют друг друга, поэтому еще рано говорить о том, что регион достиг своего дна. В данном случае это будет комплиментом. Хотя, на мой взгляд, падений было достаточно и есть предпосылки для постепенного отползания вверх.

Наиболее курьезной выглядит ситуация с южными регионами. Казалось, что во время кризиса импортные товары, сильно подорожав, уйдут с отечественного рынка, а российские производители с радостью смогут занять освобожденное рыночное пространство. В первую очередь это касалось пищевой отрасли, которая уже имела свою нишу на рынке и была хорошо модернизированной.

Кроме того, южные регионы мягче других входили в кризис и у них были все шансы от него только выиграть. Но не тут то было – в январе-феврале они переживают резкий спад и теряют заветные позиции.

Проблема в данном случае носит институциональный характер. Пока мы не разрулим нашу систему кредитования, не ускорим возврат денег из сетей и других оптовых звеньев нашей торговли, производитель будет сжиматься, потому что у него просто не будет оборотных средств.

С начала года из всех южных регионов радует только Краснодарский край. Исходя из статистических показателей, на данный момент этот регион бодро расчищает себе поле для занятия более широкой рыночной ниши.

О доходах населения

Падение доходов населения было зафиксировано в половине субъектов еще в ноябре прошлого года. Ежегодные декабрьские премии и бонусы подтолкнули эти показатели на 20 процентов вверх. Однако в январе доходы населения по сравнению с предыдущим месяцем сократились сразу на 54 процента. Тем не менее с кризисом это никак не связано. Просто так устроена наша система выплат – ситуация повторяется третий год подряд.

Получается, что системного спада доходов основной части населения России пока не было. Эта неприятность серьезно коснулась только тех регионов, где остановилось производство на мощных градообразующих предприятиях. О ситуации с остальной частью населения можно будет судить, когда Росстат опубликует данные за февраль. Будем ждать.

Российскому рынку не хватает гибкости

Следует помнить, что нормальная безработица – примерно пять процентов. Летом 2008 года уровень общей безработицы составлял 5,7 процента. Это означает, что ее фактически не было. Было постоянное перемещение людей между местами работы – люди же меняют работу. На данный момент у нас снова примерно 5 процентов трудоспособного населения находится в неработающем состоянии.

По всем международным критериям пятипроцентный уровень общей безработицы считается практически ее отсутствием. По экспертным оценкам в ближайшее время она вряд ли поднимется выше 12-13 процентов. Во время предыдущего кризиса 98-го года она была именно такой, и пока нет оснований полагать, что она будет выше.

Если говорить о зарегистрированной безработице, то она минимальна, – чуть больше двух миллионов человек. Это все пока семечки – бывало и под три миллиона. Однако не стоит забывать, что это те люди, которые пришли в Центры занятости населения и встали на учет. В основном это женщины, которые согласны стерпеть снижение статуса и уровня зарплаты – устраиваются, например, курьером с окладом пять тысяч рублей. Мужчины предпочитают искать работу самостоятельно, справедливо полагая, что предлагаемые в ЦЗН вакансии малопривлекательны. У кого есть социальные сети и возможности, находят работу по-другому.

Подчеркну, что по статистике, за исключением быстрых темпов роста безработицы в декабре-январе, смертельного с ней ничего не происходит. В масштабах страны она локализована.

Однако для отдельно взятых регионов, где продолжается высвобождение рабочих мест, проблема серьезна. Если взять Южный Урал, то в Миассе, Сатке, Каслях, Златоусте, Магнитогорске в основном разгуливает непрямая безработица.

Здесь спешу напомнить о том, что губернаторы и полпреды весьма трепетно относятся к показателям безработицы в своем регионе, настаивая на том, чтобы людей не увольняли. Но это палка о двух концах. С одной стороны забота. С другой это оборачивается кривыми формами безработицы: переход на неполную рабочую неделю, либо отпуска без сохранения содержания. В январе через это мощнейшим образом прошла Магнитка. Думаю, что и в Челябинске этих «форматов» было достаточно.

Дело в том, что российский рынок очень специфический. Во всем мире во время кризиса людей увольняют, но тем, кто остался, ни при каких условиях капитально зарплату не снижают – работник выиграл в конкурентной борьбе и за эту же работу получает ту же зарплату. На российском рынке регулируют кризисы не за счет уровня безработицы, а за счет оплаты труда.

Яркий тому пример 90-е годы. Тогда темпы сокращения заработков населения в полтора раза опережали темпы спада промышленности и экономики. У нас не было гигантского формального высвобождения, просто всех опустили по зарплате: неплатежи по полгода – инфляция сжирает зарплату и вынужденные отпуска без содержания.

Правда, сейчас российский рынок стал «гуманнее» - людей теперь сажают на тариф. Однако нужно четко понимать, что это такое. Тарифная составляющая в оплате труда – в металлургии 40 процентов, а в нефтянке 30 процентов от полной выплаты. Иными словами, работника сажают на зарплату в три-четыре раза меньше предыдущей.

Так российский рынок адаптировался к кризису в 1998-1999 годах.

Сейчас в Москве идут жесточайшие дебаты по поводу того, как российский рынок труда будет проходить через нынешний кризис. И хотя мнения очень сильно разделяются, наиболее трезвое экспертное сообщество с сожалением констатирует, что доминирующим снова будет снижение заработков, а не рост безработицы.

Но хочу напомнить, что когда вы высвобождаете определенное количество рабочих, то временные потери несут только они. А вот когда вы снижаете заработки, то фактически перекладываете издержки кризиса на всех. Казалось бы, надо пристально наблюдать за работодателями, но дело не только в них.

У нас в стране действует один из самых гуманных в мире Трудовых кодексов. Он же один из самых жестких. Уволить по нему человека не самое простое дело.

Словом, рынок труда у нас не гибкий! Это означает одну очень неприятную вещь – когда человека нелегко уволить, его предпочитают не нанимать до последнего. Именно поэтому в условиях недавнего экономического роста у нас чрезвычайно медленно росли новые рабочие места. Их создавалось мало! Сейчас нам это аукнулось избыточной занятостью в металлургии, из-за которой мы недомеханизировали производство. Кризис опять ткнул нас носом в эту дырку! Нефтяной отрасли удалось избежать этого – там жестче отсанировали занятость. А вот металлургии понадобится еще как минимум два-три кризиса, чтобы серьезно сократить свою занятость.

А раз так – у нас два пути. Либо, как сейчас, пытаться искусственно держать занятость. Прежде всего, принуждением – это позволит освободить бизнес. Хотя он и сам делает это неплохо, и рано или поздно найдет вариант, как снизить свои издержки. Если ему не дадут высвобождать рабочих, то в итоге тысячи людей будут сидеть на неполной рабочей неделе или на отпусках без содержания. Именно поэтому нам необходимо понимать, что определенную меру санации этот кризис должен пройти.

Отсюда второй путь – начать внятно и четко отстраивать государственную систему защиты уволенных.

Начало кризиса ярко продемонстрировало нам то, государство к социальной защите населения оказалось мягко говоря не готово степень готовности государства к нему. Вроде бы все было более-менее отстроено, но вот с точки зрения служб занятости, расположенных в наиболее пострадавших регионах, жизнь показала их абсолютную неготовность к кризису. Мне известно, что были огромные очереди, в Магнитогорске – за месяц записывались на прием. Это абсолютно ненормально.

Здесь же еще одна проблема – надо завязывать с пиаром, дешевой пропагандой. В той же Магнитке люди поголовно требовали пособие по безработице 4900 рублей – им просто по телевизору так сказали, но при этом забыли добавить, что поднята лишь верхняя планка пособия. Поэтому те, у кого исходная зарплата была относительно низкой, и те, кого увольняли не по сокращению, а, например, по соглашению сторон, не имеют права на получение высшего размера пособия. Почему этим людям ничего не объяснили? Почему службы занятости оказались в этой ситуации крайними и приняли на себя народный гнев?

На мой взгляд, такие политические игры недопустимы. Пропаганда должна быть взвешенной, а информация ТВ – более полной. Кстати, еще момент. В развитых странах пособия повышают, когда кризис пройдет низшую точку, в противном случае вы стимулируете людей не искать работу, а садиться на пособие.

На фоне всего этого российский бизнес демонстрирует относительную ответственность. Бизнесы, укорененные на определенной территории, стараются находить компромисс. Ведь кризис рано или поздно закончиться, и они опять столкнутся с дефицитом квалифицированной рабочей силы.

Это же санация – здесь нужен нормальный баланс. Просто государство должно подхватывать этих людей, обучать их, а не «петь песни» про какие-то общественные работы.

Пока везет слаборазвитым регионам

Кризис частично сократит неравенство, поскольку в первую очередь сейчас проседают регионы, включенные в мировую экономику. Во всяком случае по бюджетным доходам. Доля налога на прибыль – бюджетоформирующий налог развитых регионов – в них составляет от 25 до 45 процентов, а сейчас он многократно сократился.

В марте просела и Москва – проблема денег дошла до штаб-квартир. Если честно, я этому рада, поскольку степень неэффективного использования денег в московских бюджетах регионам и не снилась.

По деньгам также будет выравнивание. По валовому региональному продукту – скорее да, чем нет. Отмечу, что в ближайшее время нефтяные регионы по-прежнему будут от всех в отрыве по ВРП на душу населения. Однако не стоит забывать, что государство оставляет им только 18 процентов от того, что они производят. Все остальное централизуется.

Вместе с тем, пока не пострадали от кризиса наименее развитые субъекты РФ. Ведь если у вас доля трансфертов из федерального бюджета составляет от 50 до 90 процентов всех доходов бюджета, зачем вам заморачиваться – вам же их перечисляют. Федеральный бюджет пока цел, вот когда он начнет проседать, тогда наступит тяжелое время для и слаборазвитых регионов.

Судьба городов-миллионников

Спецификой городов-миллионников будет более жесткая система увольнения. В сервисных отраслях, как вы знаете, на тариф никто не сажает. Нет работы – до свидания. Но гораздо легче будет устраиваться занятым в «беловоротничковом» секторе - финансы, консалтинг. Придется снижать финансовые претензии, то есть потолок заработной платы будет без сомнения снижаться, также как и статусные претензии. В городах-миллионниках еще не было пузыря высоких зарплат, а вот в Москве он был фатально высокий, но кризис его, я полагаю, проколет. У нас были неадекватно высокие заработки в Москве по тому, как работали люди и что они делали. В «миллионниках» такого не было, поэтому там будет умеренный спад зарплат.

Тяжелее придется «полумиллионникам» – это города, до которых импульс модернизации еще не дошел.

Я считаю, что «миллионники» уже прошли точку невозрата и модернизировались достаточно, чтобы легче адаптироваться к этому кризису. Адаптация требует мобильности и гибкости – население миллионников в большинстве своем уже такое. Риски повышены для миллионников, сохранивших сильную строительную долю. И Челябинск в их числе.

Дубина над головой российского кризиса

Если попытаться подобрать рецепт, способный с минимальными потерями вывести регион из кризиса, то он достаточно прост. В основе нормально и регулярно работающая служба занятости населения плюс поддержка людей, оказавшихся без работы и средств существования – для этого нужны нормально действующие институты поддержки. Второй приоритет – бюджет. Желательно не в одиночку, а в компании себе подобных лоббировать принятие понятных и прозрачных процедур и перечисление федеральных средств на частичную компенсацию выпадающих доходов бюджета субъекта федерации. Потому что именно на нем лежат все основные социальные расходы. Третье – экономия всех остальных средств, грамотное снижение инвестиционных расходов и сокращение удельных затрат на «социалку», то есть эффективное использование своих денег. А самое главное – не стойте с дубиной над головой российского бизнеса! Нужно дать ему самостоятельно разобраться в своих делах и отслеживать только те моменты, где он явно переходит пределы.

Иван Яцков
 
domru.ru

Главное

 

Читайте новости:

 

© 2016
Сайт разработан
andribas

© 1997-2016 Региональное информационно-аналитическое независимое агентство "Урал-пресс-информ"
Эл №ФС77-52356 от 22.12.2012г., выдано Федеральной службой по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций (Роскомнадзор)
Адрес редакции: г. Челябинск, ул. Монакова, д. 33, офис 2
Телефоны: (351) 237-29-26, 260-51-33, 237-15-35. Email: maineditor@uralpress.ru
По вопросам рекламы обращаться: rek@uralpress.ru

При использовании информационных материалов агентства обязательно наличие активной гипертекстовой ссылки не закрытой от поисковых систем.

Редакция не несет ответственности за распространение сведений, не соответствующих действительности, если такая информация содержится в комментариях читателей.

Рейтинг@Mail.ru

Яндекс цитирования