Европейский суд оценил отказ ФСБ на проживание в Озерске в две тысячи евро
Россия признана виновной в нарушении права на свободу передвижения и свободу выбора местожительства и неисполнении решения суда (статья вторая, протокол четвертый Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод). Об этом со ссылкой на Страсбургский суд сообщает межрегиональная правозащитная ассоциация «Агора». Интересы семьи Карпачевых представляет руководитель Озерской общественной организации «Планета надежд» Надежда Кутепова.
Житель Озерска Максим Карпачев после двух лет осуждения в июле 2004-го года вышел на свободу и захотел вернуться домой. Его мать Елена Карпачева обратилась в местную администрацию с просьбой прописать своего сына в их совместную квартиру в Озерске и разрешить постоянно проживать в закрытом городе. Однако администрация Озерского городского округа и управление федеральной службы безопасности по Челябинской области отклонили эту просьбу, ссылаясь на судимость Карпачева. Бывший осужденный обжаловал это решение в суде, который 21-го июня 2005-го года удовлетворил его требования, обязал городскую администрацию разрешить въезд и постоянное проживание Карпачева, а региональное ФСБ - одобрить это решение. Второго июля решение суда вступило в законную силу, и 29-го июля 2005-го года глава администрации Озерска одобрил постоянную регистрацию Максима Карпачева.
Однако пятого сентября 2005-го года местное производственное объединение по переработке отработанного ядерного топлива «Маяк» (фактически градообразующее предприятие) сообщило, что ФСБ, несмотря на решение суда, отказалась утвердить Карпачева на постоянное место жительства в Озерске. 13-го декабря 2005-го года молодой человек был неожиданно арестован по подозрению в сбыте наркотических веществ, и 16-го марта 2006-го года суд приговорил его к четырем годам лишения свободы.
Европейский суд посчитал, что отказ российских властей Максиму Карпачеву на постоянное место жительства представляет собой вмешательство в его право на свободу выбора своего места жительства, гарантированное статьей второй четвертого протокола Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.
В свою очередь у ФСБ на сей счет другое мнение. Как сообщил агентству «Урал-пресс-информ» руководитель пресс-службы УФСБ России по Челябинской области Станислав Негинский, существуют нормативные акты, которые определяют правила въезда, выезда и проживания в закрытых административно-территориальных образованиях, в которых ФСБ наделена правом регламентировать эти вопросы. Это связано с обеспечением безопасности предприятий, учреждений, находящихся внутри ЗАТО, вопросами сохранения государственной тайны.
По словам Станислава Негинского, ряд правозащитных организаций защищает права и свободы личности, а государственные интересы для правозащитников, соответственно, являются вторичными. Предпринимаются попытки забрать у ФСБ и право регламентировать вопросы безопасного проживания в ЗАТО, однако, законодательство пока действует в прежнем режиме.
