Невыдуманная история

Мне 16-17 лет. Слушаю рассказ бабушки об истории нашего рода. Не прислушиваюсь, потому что заканчиваю 10 класс, и все мои помыслы лишь о будущем выборе жизни: где, как и для чего мне двигаться дальше. Но нечёткая история гибели мужа бабушки, моего деда, меня затронула.

К ней я вернулась позже, уже работая в деревне учителем русского языка и литературы. В классе было пять-шесть учеников из русских, остальные – башкиры. И мы читали русскую литературу. Говорили о русских богатырях, сравнивали их подвиги с богатырями других народов. И осознавали, что всех богатырей роднило глубокое чувство любви к Родине: каждый из них был готов встать на защиту родной земли и отстоять её независимость.

Бабушка прожила со мной долго. Дождалась внуков. Ради них я стала искать следы деда. Сорок лет я периодически писала в разные инстанции. Ответ был один: «Пропал без вести». 

По рассказам бабушки, дед умирал дважды. 1942 год – получила первую похоронку. Ей с двумя малолетними детьми определили пенсию. А через несколько месяцев он пришёл домой. После ранения. Был недолго, увидел повзрослевших детей и снова ушёл. 1944 год – бабушке снова вручили похоронку. Она испугалась, что отнимут пенсию, порвала её и уехала в другую деревню. Устроилась кочегаром и санитаркой в сельскую больницу. И стала ждать. Через десять лет родилась я. А она продолжала ждать. Я жила с ней. Помню, приходили к бабушке свататься. Мне эти мужчины казались красивыми, надёжными, сильными богатырями. Бабушка молча принимала гостей, и они уходили навсегда. Я не понимала в тот момент, что это была верность, данная перед Богом, человеку, который ушёл для неё не навсегда.

2015 год. Сын моей однокурсницы по моему спутанному рассказу о судьбе деда находит в компьютерной системе на странице Министерства обороны РФ сведения о старшем сержанте Никулине Николае Абрамовиче. Он умирал дважды…

2026год – я еду в Белоруссию. Еду к деду. Меня там ждут. Неизвестные мне люди, что ухаживают за могилой, где похоронены останки русских солдат, что найдены в течение послевоенных лет на опушках окрестных сел и деревень. 

Ехала, чтобы поклониться деду за бабушку, маму, себя, внучек, что смогли появиться на этой земле благодаря ему. Встреча с опалённой Великой Отечественной войной землей укрепила желание доехать до далёкого посёлка Россь Гродненской области. Дорога от Бреста была долгой, но неутомительной. Всю дорогу шёл дождь, дышалось легко, свободно. Казалось, небо само напоминало: надо увидеться.

На остановке ко мне шагнули две женщины, обнимали и плакали. Будто родные, что долго не видели. И небо вдруг открылось голубизной и теплом солнца. Времени у меня мало. Полдня добиралась. Назавтра у нас по маршруту другой город – Сморгонь. Выбран по той же схеме: встреча со следами войны. Правда, другой – Первой мировой. Именно у Сморгони закончилось «великое отступление» русской армии.

Меня ведут к мемориалу и по пути задают вопросы о деде. У них нет о нём ничего. В Протоколах, что хранятся в школьном музее, запись о каждом найденном останке солдата. Из 392-х найденных 192 опознаны родственниками со всего света. Ищут остальных, чтобы правда подвига солдат жила в веках. 

Прижимаюсь к прохладному камню со следами дождя, глажу шероховатое имя деда. И молюсь судьбе, что выполнила долг перед ним, бабушкой, мамой и внучками…