«Дело Сычева»: противоречия в показаниях участников на предварительном следствии и в зале суда стали традицией

Сегодняшнее судебное заседание еще раз показало, что на процессе по «делу Сычева» противоречия в показаниях участников на предварительном следствии и в зале суда стали уже "доброй традицией".
Позиция Александра Сивякова в суде такова: ничего не делал, над Сычевым в новогоднюю ночь не издевался, крепко спал.
Из протокола допроса подсудимого от 30 января этого года, зачитанного на судебном заседании Александром Космодемьянским, следует обратное. В протоколе записано, что Сивяков посадил Сычева в присяд с целью "заставить младшего по званию солдата быстрее думать и научить последнего уму-разуму". Сивяков здесь дает показания, что в третьем кубрике в новогоднюю ночь находился наедине с Сычевым два часа или дольше, рассказывал ему о службе в армии, говорил, что каждый должен знать свое место и тому подобное.
Из протокола следует, что Сивяков ушел из кубрика первым, а Сычев еще остался сидеть, а также, что беседа двух солдат закончилась осознанием рядовым своего солдатского долга.
В протоколе подсудимый сожалеет, что посадил Сычева на корточки. «Я тогда не думал о последствиях, я сейчас сожалею, я превысил должностные полномочия, я знаю, что Андрею ампутировали ноги».
И на предварительном следствии, и в зале суда Сивяков утверждал, что полового насилия с его стороны по отношению к Сычеву не было, в роте танкового училища вообще никогда не было фактов сексуального насилия.
Далее идут признательные показания в применении насилия в эпизодах с потерпевшими Ахмедовым и Сатушкиным.
Александр Сивяков на суде заявил: «Этот протокол я полностью не признаю, я оговорил себя». Якобы попал под воздействие прокуратуры, которая постоянно угрожала и запугивала – об этом Сивяков постоянно твердит в зале суда. Также обвиняемый по «делу Сычева» усомнился в подлинности одной из своих подписей в данном протоколе.
Когда подсудимому было указано на противоречия в его показаниях, он сказал: «Не я протокол писал, уважаемый суд».
В этом же протоколе со слов Сивякова написано, что 31-го или 1-го января он пнул ногой Сычева во время уборки, чтобы тот быстрее работал. Этот факт подсудимый не отрицал и вчера в суде – в первый день дачи показаний.
В протоколе допроса от 8 января Сивяков дал показания, что его сослуживец рядовой Алексей Шашко, осужденный 21 февраля этого года за применение насилия и унижение чести и достоинства четырех своих сослуживцев, младших по призыву (двое пострадавших, Визовой и Лоуренс, были старше по званию - младшими сержантами), рассказал Сивякову следующее.
По словам подсудимого, Шашко в начале января рассказал ему, что вместе с сослуживцем Калабиным в ночь со 2-го на 3-е января выпил спиртного, потом солдаты подняли с кровати Андрея Сычева и Шашко несколько раз ударил его. Про себя Сивяков утвержает, что насилия к Сычеву не применял. В этом протоколе Сивяков также не узнал одну из своих подписей. Здесь еще Сивяков вину не признал.
В протоколе допроса подсудимого от 19 января, также зачитанного сегодня в гарнизонном суде до перерыва, Сивяков также вину не признает, однако, ничего не говорит и о Шашко, утверждая, что ничего не знает о применении насилия к Сычеву со стороны кого-либо из сослуживцев.
Судебное заседание сегодня, 5 сентября, будет продолжено. А страсти тем временем в зале суда все накаляются и накаляются.