ул. Монакова, д. 33, офис 2 454091 Челябинская область Челябинск
+73512372926 maineditor@uralpress.ru Урал-пресс-информ

Александр Кузнецов: Профессию выбрал сам

Интервью
20.12.10 11:27

Куда пойти учиться? Как выбрать свою будущую профессию, чтобы потом не разочароваться в ней? Эти вопросы встают перед каждым школьником и его родителями. Не всегда удается сделать правильный выбор. Идя на поводу у изменчивой моды, молодые получают специальности, которыми перенасыщен рынок труда или которые не востребованы на данный момент. Тогда они вынуждены идти работать не по полученной квалификации, уже на рабочем месте осваивая новую профессию.

Как сделать правильный выбор? В этом вопросе должны помочь родители, профориентационные беседы в школах. Но самое главное, выпускник должен прислушаться к себе и понять, а чем он хочет заниматься в будущем, что ему больше всего нравится. И, исходя из этого, делать выбор.

Иногда полезно воспользоваться опытом старших, которые сумели в этой жизни достичь определенных высот.

О выборе профессии наш корреспондент побеседовала с министром образования и науки Челябинской области Александром Кузнецовым.

Сорокапятилетний Александр Кузнецов возглавил министерство 26 апреля 2010 года. В 1986 году он закончил исторический факультет Челябинского государственного университета, работал в школе учителем истории, директором, в течение пяти лет возглавлял управление образования Челябинска.

 

- Александр Игоревич, когда вы поняли, что хотите стать учителем?

 

- Перед тем как поступать в высшее учебное заведение я долго размышлял, куда лучше пойти учиться - d Челябинский госуниверситет на исторический факультет или в Челябинский политехнический институт на промышленное и гражданское строительство. За последнее очень ратовал мой отец. Учитывая, что у меня в аттестате только две четверки по русскому и литературе (а выпускные экзамены я сдал лучше всех в своем выпуске в сороковой школе - все на пятерки), я мог поступить хоть куда.

 

- Почему отец хотел, чтобы вы стали строителем?

 

- Потому что у меня отец неравнодушен к строителям. Он закончил индустриально-педагогический техникум в Магнитогорске, сам всю жизнь что то мастерил своими руками. По первой квалификации он был мастером производственного обучения в строительной сфере и видимо хотел, чтобы сын связал с этим свою судьбу.

 

- А мама давала советы, куда пойти учиться?

 

- Давала, она у меня медсестра. Она говорила: «Саша, иди в Мединститут». Я считал, что медицина - это нечто утонченное. В те времена я был крупным мальчиком и не мог себе представить, как я со скальпелем буду управляться. Мне было дискомфортно себя в этой роли ощущать и нее потому что крови боялся, я ее не боюсь.

 

- Но выбор вы, получается, сделали сами?

 

- В конечном итоге да. Ни отцу, ни матери не угодил. Историков у нас в роду не было, но я все-таки выбрал истфак.

 

- Из каких соображений?

 

- В то время я находился под влиянием своего дядьки-фронтовика, ныне покойного, который очень увлекался отечественной историей, нумизматикой. Мы с ним долгое время проводили в задушевных беседах на исторические темы. Это и предопределило мой выбор.

Но то, что я стану потом учителем, тогда это до меня особенно не доходило, меня привлекала история, как таковая.

А потом после пассивной практики (когда в школах наблюдали за уроками учителей) и активной практики (когда сами вели уроки) у меня к школе, как к некоему общественному институту отношение несколько изменилось. И я без всяких опасений пошел в школу после окончания ЧелГУ.

 

- Все желания и предпочтения формируются с раннего детства. Каким вы были?

 

- Я не был пай-мальчиком. Меня, кстати, в школу отдали рано, потому что я в садике хулиганил.

 

- Вы были хулиганом?

 

- У меня был такой печальный период в жизни, когда я жил в Челябинске в районе завода Калибр. Тогда это был бандитский район. Два моих лучших друга по двору стали рецидивистами, один из них уже умер. Если бы наша семья не уехала на север, не знаю, что со мной было бы.

 

- И почему вас из садика попросили?

 

- Однажды родителей пригласили в садик и сказали: «Ваш сын вырос, он ведет себя неподобающе дошкольнику и его надо отдать в школу»

 

- Что вы делали неподобающего дошкольнику?

 

- У меня до сих пор, если приглядеться, на лбу есть небольшой шрам, который я получил от осколка шифера. На участке в детском саду воспитательница жгла листву, а мы вертелись у нее под ногами, якобы «помогая». Я нашел кусок шифера (где то слышал что он взрывается), бросил в огонь и спрятался за дерево. Жду, жду, а он не взрывается. Я же не знал тогда, что шифер должен нагреться. Выглянул, а он в этот момент и взорвался, осколок шифера мне прямо в лоб попал. Было полно и других историй.

 

- А какими были ваши школьные годы?

 

- Были ли мои школьные годы чудесными? Тогда мне казалось, что нет. Мне пришлось сменить много школ (мы с родителями переезжали довольно часто в силу специфики профессии отца). Первый и второй класс я отучился в сороковой школе Челябинска, третий - в поселке городского типа Черский на Нижней Колыме. Среднюю школу я прошел в городе Якутске (пятая восьмилетняя школа). В девятом классе учился там же в Якутске в школе номер 21. А в десятом классе я вернулся в Челябинск и заканчивал сороковую школу.

В каждом новом классе меня «обновляли». Приходилось драться, отстаивать свое место под солнцем. Из-за девчонок дрались сильно. Я помню в третьем классе с поселке Черский была девочка Лена, и мы с одноклассником до крови бились из-за нее.

 

- Первая любовь?

 

- Можно сказать и так. Конечно, и хулиганили мы.

С одной стороны, отсутствие стабильного коллектива не позволяло мне чувствовать себя в школе комфортно, с другой стороны, поменяв столько школ, я получил колоссальный опыт общения. Для меня не было проблемой влиться в ряды общественных организаций. Я был достаточно активным пионером и комсомольцем. Общественная работа мне много в жизни дала. Я до си пор уверен, что без опыта общественной деятельности я многого бы не достиг.

 

- Какие предметы вы в школе больше всего любили?

 

- В разные годы разные предметы. Но у меня особых проблем не было ни по каким предметам. Даже русский и литературу, по которым у меня были четверки, я знал хорошо. Я просто не сошелся с учителем по этому предмету. Педагог у меня была хорошая, как сейчас помню, Галина Николаевна Плетнева, но, как бы это помягче сказать, консервативных взглядов на жизнь и литературу. Как сейчас помню, обсуждали мы фильм «Экипаж». Как она возмущалась: «Что такое показывают на больших экранах. Это нельзя смотреть. Кто ходил на это кино?» Мы естественно руки не подняли, хотя посмотрели буквально все, в том числе и эротические сцены. Вот так у нас с ней не сложились взгляды.

Я любил я математики и физику, химии у меня неплохо получалось. История была одним из моих любимых предметов, хотя в выпускном классе я получил двойку за незнание материалов очередного съезда партии.

 

- Были ли у вас в школе любимые учителя?

 

- Наверно были. К сожалению, не помню своего первого педагога. Мне повезло с классными руководителями. У нас замечательная классная руководительница в сороковой школе - учитель математики Валентина Васильевна Ишмухаметова. Помню своего классного руководителя в Якутске - Екатерина Ивановна Родькина. Замечательная женщина, учитель математики. Мы ее за глаза,с душевной теплотой, называли Катя.

 

- Вы в школе чем-нибудь увлекались?

 

- Я в школе пытался заниматься журналистикой. Это был мой первый более или менее серьезный порыв заняться профессиональной деятельностью. Я в седьмом и восьмом классах любил смотреть телепередачу «Международная панорама», которую вели Александр Бовин и Генрих Боровик. Я просто от них балдел, мне было очень интересно. Я отцу тогда заявил: «Папа, я хочу быть журналистом-международником». На что он ответил, тогда тебе надо в МГИМО поступать. Мы жили тогда в Якутске и я слабо себе представлял, кто там учится и как туда можно поступить. Но, тем не менее, меня отец познакомил с главным редактором республиканской газеты «Молодежь Якутии» и я там работал внештатным корреспондентом. Писал о жизни в  загородных детских лагерях. Помню, сходил на пресс-конференцию про Зарницу и написал о ней примитивными фразами, отец прочитал и сказал: «Даже на сочинение не тянет». Но это были мой первые опыты, было стремление что-то сделать, в чем-то утвердиться. А потом тяга к журналистике пропало.

 

- Конкурс в ЧелГУ был большой?

 

- Сумасшедший, по нынешним меркам, - семь-восемь человек на место. Мне нужно было сдать четыре экзамена: история английский язык, сочинение и русский язык.

На экзамене по истории я изрядно поплавал, мне опять попался вопрос про съезд партии, и получил «тройку». Тогда Татьяна Федоровна Аносова, бывшая в то время в приемной комиссии, сказала: «Кузнецов, жаль что у меня не будет такого красивого и высокого студента». И тут я понял, что я должен через себя перепрыгнуть на следующих экзаменах. В итоге я все остальные экзамены сдал неплохо и даже английский, хотя, если честно, до сих пор, как говорят «читаю и перевожу со словарем».

Хотя особых языковых проблем при общении за рубежом не испытываю. Как Эллочке-людоедочке мне словарного запаса хватает для бытового общения.

 

- Институт вы закончили кем?

 

 - Преподаватель истории, обществоведения.

 

- И куда вас распределили?

 

- Меня распределили в челябинское ГОРОНО. Правда, должности, которые мне предлагали, были достаточно смешными, в связи с тем, что через несколько месяцев мне предстоял призыв в армию. Например, воспитателя группы продленного дня.  Тогда мне казалось, что для человека с университетским образованием это просто несерьезно. В конечном итоге был найден консенсус между тем, что мне предлагалось и тем, что хотел я. Я попал гимназию номер 93 Курчатовского района к Александру Фомичу Геличу. Но, правда, не преподавателем, а освобожденным секретарем комитета комсомола школы. Тогда возглавлял Курчатовский райком комсомола Сергей Васильевич Антипов, ныне глава Металлургического района.

У меня в школе был свой кабинет, как его называли аквариум, потом что он был застеклен. Я вел уроки обществоведения и истории по совместительству в старших классах и занимался комсомольской деятельностью. Так я проработал три месяца.

 

- Потом?

 

- Потом армия. Я отслужил полтора года (тогда все служили два года, а призывники с высшим образованием – на полгода меньше). Призвали меня рядовым, а службу я закончил младшим сержантом.

 

- В каких войсках служили?

 

- Я полгода проучился в учебке в Подмосковье, потом служил в Севастопольской Краснознаменной орденов Александра Невского и Кутузова первой бригаде связи имени 50-летия ВЛКСМ. До сих пор название части помню, это все отпечатывается в голове на века. Служил честно, добился определенных успехов в армейской жизни. Я радиотелеграфист второго класса, командир аппаратной, отличник боевой и политической подготовки. Моя аппаратная была лучшей в бригаде и по срокам развертывания и скорости связи и по остальным вещам.

 

- Александр Игоревич, вы отслуживший в армии, как считаете, каждый юноша должен пройти эту школу жизни?

 

- Это должно быть решение каждого человека. Я не жалею, что отслужил. Я служил уже достаточно зрелым человеком -  уже был женат и у меня был сын. Мне было проще, потому что даже старослужащие были моложе меня. А сложнее, потому что на гражданке у меня осталась семья. И я полтора года разрывался. С одной стороны военную специальность получил, Родине долг отдал, а с другой стороны были личные переживания. И во многом может быть потому, что я полтора года был оторван от дома, и жизнь не сложилась в первой семье.

Я не считаю, что все должны служить в армии, У человека должно быть желание и мотивация. Армия не должна быть каторгой для человека в морально-этическом и психологическом плане

 

- После армии вы в школу вернулись?

 

- Практически сразу. 15 августа 1988 года я устроился на работу в школу номер 115 Курчатовского района. Сначала учителем истории, потом замом по воспитательной работе. Отработал четыре года.

Потом в 1992 году назначали директором школы номер 41, где я проработал 13 лет.

 

- А вы помните свой первый класс как педагога?

 

- Самый первый класс, который я запомнил, это был класс второй железнодорожной школы (сейчас школы номер 53). Я в этой школе в 1985 году проходил активную практику и нам дали классное руководство с моим напарником в выпускном классе, в котором старостой была Света Гундарева, в будущем чемпионка Европы  по дзюдо среди женщин. Она была нашей первой помощницей, всех строила. Порядок был идеальный.

Я помню свой класс в школе 115, в котором я был классным руководителем. Я от них отличался по возрасту не сильно. Им было по 17-18 лет, а мне 24 года.

 

- Ученицы в вас влюблялись?

 

- Все было – любовь, фотографии и записки с признаниями в любви от учениц - это классика школьной жизни. С пацанами спортом занимался. Я все годы вел в школе секцию по баскетболу. Даже когда директором школы был. Мне это помогало со старшеклассниками найти общий язык.

 

- А как вас в школе дети называли?

 

- Когда я работал в школе гимназии 93, меня там прозвали Пьером Безуховым.

 

- Почему?

 

- Почему что старшеклассникам показалось, что я похож на него. В школе 115 меня прозвали Кинг Конгом. Как раз на экранах шел фильм с таким названием.

 

- Вы не пожалели, что пошли в педагоги?

 

- Нет, я обычно не жалею о своих стратегических поступках и о сделанном выборе. Конечно, у каждого в жизни бывают ошибки, порой о них сожалеешь. Но зацикливаться на них было бы неправильно, надо просто делать выводы.

 

- А своим детям вы давали советы, куда пойти учиться?

 

- Старший сын сам выбирал свой жизненный путь, тем более что свой выбор он делал, когда наша семья уже распалась. Когда он учился в последних классах школы, я пытался в научное общество учащихся его ввести, чтобы он позанимался наукой, но душа его к этому не лежала. Энергетический факультет ЮУрГУ - это его выбор.

А дочери мои еще учатся в школе - одна в восьмом, другая в пятом классе. У них каждый год разные предпочтения: то дизайнером хотят стать, то артисткой. В позапрошлом году со старшей дочерью ходил в музей археологии, расположенный в подземном павильоне на Манежной площади в Москве. Музей впечатляющий. После этого она мне сказала: «Папа, я хочу быть археологом». Я ее отговаривал, я всю археологическую тусовку знаю, и археологической судьбы своим дочерям не желаю. Это надо быть до мозга костей романтиком, чтобы заниматься этим профессионально.

 

- Есть такое выражение: “Учитель - это на всю жизнь». Педагоги и дома всеми командуют и учат. А вы?

 

- Наверняка это действительно есть и даже неосознанно проявляется. Наблюдая за супругой (у меня первая супруга учительница и вторая тоже, она преподает английский язык в одной из школ Челябинска). Я за ними наблюдаю и вижу, что у них четко прослеживается учительская назидательность и по отношению к детям, и по отношению ко мне. Я думаю, что в моем отношении и к детям, и к жене это тоже прослеживается, независимо от того, хочу я этого или нет. Работ откладывает на человека свой отпечаток. Я стараюсь этого сознательно избегать, но бессознательно это проскальзывает.

 

- А как вы воспитываете своих детей?

 

- Стараюсь личным примером. На мой взгляд, придерживаться какой-то методики воспитания - это бессмысленное занятие. Самое главное - проводить с детьми больше времени. Чем больше времени ты уделяешь детям, тем лучше.

 

- А если времени не хватает?

 

- Я понимаю, что свободного времени всегда не хватает. Но, тем не менее, надо использовать все возможности. Если нет времени лично пообщаться, то можно хотя бы позвонить по телефону. В конце концов по Интернету. То есть надо использовать все возможные связующие звенья между тобой и ребенком. Я, как только получается, звоню и спрашиваю: «Как дела».

Если ребенок почувствует, что тебе интересен, то он будет соответствующим образом тебе отвечать. А если ребенок почувствует, что у вас свои дела, а  него другие, если не будет контакта, то ребенок будет воспитываться так, как он считает нужным. Есть родители, которые оправдывают свое невмешательство в жизнь ребенка целыми теориями, что у ребенка все хорошее заложено, не надо мешать ем развиваться. Это утопия, хотя есть и учение Жан Жака Руссо на этот счет. Но оправдывая свое неучастие в жизни ребенка занятостью, мы получим в последствие, как минимум равнодушие с его стороны по отношению к нам.

Вот только сейчас я начал понимать, что дети очень часто копируют своих родителей, перенимают неосознанно приемы взаимоотношений в семье, в том числе по отношению к детям. Вот смотрю и вижу, что я во многом похож на свих родителей, жена - на своих. Некоторые мои знакомые, когда были в юношеском возрасте, жаловались, что родители в черном теле их держат, не понимают. А через 10 лет у человека, который возмущался своими родителями, проявляются те же качества, что и у них.

Уже будучи отцом троих детей я начал понимать педагогические приемы моих родителей. Мама моя молодец. Она постоянно давала мне понять, что отец не дремлет. Помню, когда я первую двойку получил в школе, пришел домой понурый,  мама спрашивает, что случилось. Я ей рассказал и попросил ничего не говорить отцу. Конечно, она сказала. А отец сделал вид, что ничего не знает и мама меня не выдала. Но всю эту скрытую педагогику я начал понимать гораздо позднее. Но тогда я сильно переживал и чувствовал некий авторитет отца, к которому надо обращаться в крайнем случае. Мне кажется, что родители, которые в семье пытаются выстроить партнерские отношения между собой и детьми, многое теряют. В воспитании должен быть инструмент авторитета (не авторитаризма) семейного, когда мама может сказать: «Сынок, давай мелкие проблемы с тобой порешаем, а к отцу только по серьезным вопросам будем обращаться». Или наоборот может быть в силу расстановки ролей. Муж с женой должны общую стратегию по отношения к ребенку вырабатывать. Если они этого не делают, то многое теряют. Но это осознание приходит с годами.

 

- Если бы не стали педагогом, но, имея нынешний опыт, вернулись назад, кем бы вы стали?

 

- Вы знаете, меня наверно в конечном итоге школа затянула не потому, что  даже я хотел быть учителем. Я считаю, что учитель было одной из ступенек в моем профессиональном росте, в моей судьбе. Меня клонило больше к управленческой деятельности. А учитель - это управленец по большом счету. У него есть свой коллектив. От того насколько эффективно ты выстроишь свою деятельность не как учитель-предметник, а как менеджер, управляющий непростым детским коллективом (детьми управлять сложнее, чем взрослыми), многое зависит. Та закалка, которую я получил как классный руководитель,организатор внеклассной работы мне помогла в дальнейшем состояться как управленцу.

В нынешнем правительстве работает много людей с педагогическим образованием.

 

- Кто?

 

- Нынешний министр финансов Андрей Пшеницын тоже заканчивал истфак ЧелГУ. Правда, он ушел в армию после второго курса. Но, отслужив, вернулся и доучился. Руководитель аппарата правительства Челябинской области Александр Уфимцев заканчивал истфак педагогического университета. Управляющий делами Сергей Иванов выпускник истфака ЧелГУ. Начальником управления государственной службы правительства Челябинской области Евгений Голицын также выпускник истфака ЧелГУ. Филологов и математиков в правительстве тоже немало.

 

Читайте нас там, где вам удобно! Сайт, Вконтакте, Twitter, Facebook, Instagram, Одноклассники.

Читайте Uralpress
в Яндекс дзен
zen.yandex.ru

Присылайте свежие новости

Вы можете стать соавтором нашего новостного портала.

Есть чем поделиться? Расскажите!

Отправить новость

Читайте нас там, где удобно вам

Наши соц сети

Дорогие читатели!

Мы предлагаем вам совместными усилиями сделать информационную повестку интереснее, ярче, правдивее, насыщеннее.

Если вы стали очевидцем интересного события, необычного явления, вопиющего случая, чрезвычайного происшествия или хотите привлечь внимание к какой-то проблеме – напишите нам. Будем рады, если вы поделитесь с нами своими впечатляющими фото - и видеонаблюдениями (авторство будет указано).

В свою очередь мы гарантируем, что при необходимости возьмем комментарий по вашей проблеме у соответствующих официальных источников и достоверно изложим все факты.

Отправляя сообщение, укажите свои контакты – номер телефона или адрес электронной почты. Редакция гарантирует конфиденциальность, если вы не стремитесь к публичности.

Яндекс.Метрика