Челябинский «Кадр»: Война в Новороссии надоела всем, вялотекущее перемирие может продолжаться годами

Ополченец-доброволец из Челябинска, командир огневого взвода Дикой Дивизии «Октава», которая входит в отдельный отряд специального назначения разведывательного управления ДНР, Андрей Кадралиев (позывной «Кадр») вот уже более года защищает мир на земле ДНР. Во время отпуска он нашел время, чтобы ответить на несколько вопросов корреспондента ИА «Урал-пресс-информ» о нынешней ситуации на Донбассе.

- Андрей, как вы оказались в рядах защитников жителей юго-востока Украины?

- Мне 28 лет, я коренной челябинец, на Донбассе с июня 2014 года. Обостренное с детства чувство социальной справедливости не позволило мне спокойно оставаться дома в то время, как совсем рядом, в соседней стране национал-фашисты убивают ни в чем не повинных людей только за симпатии к России, разрушают их города и села, уничтожают предприятия и социальную инфраструктуру. Через Интернет и социальные сети я легко нашел единомышленников и приехал в Луганск. Здесь нас встретили и определили в реактивно-артиллерийское подразделение, где я служу до сих пор.

- Вы на сегодня единственный житель Челябинской области, награжденный георгиевским крестом Новороссии, за что вы удостоены столь высокой награды?

- С лета 2014 года я побывал почти во всех горячих точках Донбасса, за исключением разве Славянска, Саур-Могилы и Донецкого аэропорта, где отличилось подразделение добровольцев из Челябинской области «Уральцы» под командованием златоустовского коммуниста Александра Негребецких. С ним лично я, к сожалению, пока не знаком. Особенно запомнились три котла – Изваринский, Иловайский и Дебальцевский, где нашими подразделениями в общей сложности было уничтожено более полутора тысяч киевских карателей и свыше 150 единиц боевой техники.

- Свой первый бой помните, страшно ли было стрелять в живых людей, кошмары потом не мучали?

- Первый бой помню, это был Изваринский котел, все происходило очень быстро, я машинально и четко выполнял приказы командира, поражая цели на значительном расстоянии, поэтому лиц убитых силовиков-участников так называемой антитеррористической операции не видел. Кошмары не мучали ни тогда, ни сейчас, у меня здоровая психика. Среди добровольцев в ополчении воевали представители самых разных профессий – учителя, врачи, инженеры, предприниматели, юристы в возрасте от 25 до 60 лет. Почти все они служили в Советской или Российской армии, имеют военную подготовку.

-Как ваши родные и близкие отнеслись к этой поездке на войну, здесь ведь убивают и денег не платят?

- Я вырос в хорошей военно-патриотической российской семье, поэтому родные меня понимают и гордятся мною. А риск есть везде. Недавно погиб мой хороший друг – ополченец–доброволец из Магнитогорска Руслан Ускомбаев. Его с воинскими почестями похоронили на родине.

- Местные жители как относятся к российским ополченцам? И, как вы думаете, скоро кончится эта война?

- Относятся по-разному. Сначала встречали как освободителей, сейчас война уже всем надоела и к людям в военной форме, что к россиянам, что к украинцам, некоторые люди относятся с раздражением и настороженностью. Обстрелов стало меньше, но вялотекущее перемирие, которое украинская сторона не всегда соблюдает, может тянуться годами. Я приехал сюда защищать мирных людей, а не убивать и разрушать. Как ситуация стабилизируется, сразу же вернусь домой в Челябинск.