Яндекс.Метрика
  • Интервью
  • Персона

Алексей Казаков: Из-за любви к Есенину меня уволили по статье, но история меня оправдала

Фото Алексей Казаков: Из-за любви к Есенину меня уволили по статье, но история меня оправдала

Через рукопожатия с этим известным челябинским литератором можно «вспомнить» десятки выдающихся личностей российской культуры.

Про Шукшина – к 95-летию

В конце этого года в России выйдет фотокнига о Василии Шукшине, которому в следующем году исполнилось бы 95 лет со дня рождения и 50 лет со дня кончины знаменитого писателя, актера и режиссера.

В книге будет 830 страниц и около тысячи иллюстраций. Шеф-редактором издания стал челябинский литератор Алексей Казаков. А автор большинства снимков – земляк Шукшина, ныне екатеринбургский краевед Виталий Шитов.

- Это будет второй совместный с Шитовым проект, - говорит Алексей Казаков. – Ранее с ним мы уже выпустили книгу-альбом «Дом Ипатьева. Летописная хроника: 1877-1977».

Лично я с Василием Макаровичем Шукшиным знаком не был. Оказался рядом с ним только в день его похорон. Позже обнаружил себя в кадре фотохроники ТАСС в толпе людей, пришедших проститься с любимым писателем и актером.

Для книги написал статью «7 октября 1974 года» - воспоминания об этом печальном для нашей культуры дне. В 1978 году ездил на Алтай, родину Шукшина, где общался и жил у мамы писателя Марии Сергеевны. Записал на магнитную пленку ее рассказы о сыне, которые, надеюсь в следующем, юбилейном в память о Шукшине году будут востребованы.

Танкоград – семейная история

Книгу о Танкограде «По городу, которого нет на карте» я подарил во время нашей встречи Алексею Казакову и подписал так: «Алексею Казакову, для кого Танкоград – история не только города, но и своей семьи». В книге упоминается, как челябинский литературовед привез от родственников Исаака Зальцмана, возглавлявшего в годы Великой Отечественной войны ЧТЗ, теплые штаны, подаренные ему тогда известным полярником Папаниным. Другая уникальная вещь из семьи «танкового короля» - книга произведений Владимира Маяковского. Она была подарена в годы войны популярным артистом разговорного жанра Владимиром Яхонтовым. На ней дарственная надпись «Романтику социалистического труда» была сделана в день передачи танка «Владимир Маяковский» его экипажу. Эти экспонаты сейчас находятся в экспозиции музея ЧТЗ.

- Нам бы, челябинцам, помнить всем, не забывать о том, что составило нынешнюю мощь нашего города, дало ему развитие. А именно – два исторических события. Первое – мимо Челябинска прошла Транссибирская магистраль, а могла ведь пройти и не здесь, а выше – у Екатеринбурга, это тоже факт. И второе – то, что в годы Великой Отечественной войны в Челябинск были эвакуированы заводы, составившие промышленный комплекс, названный Танкоградом. Кстати, наш политехнический институт, ныне ЮУрГУ, своим появлением тоже обязан Танкограду, - говорит Казаков.

Транссиб и Танкоград – два важнейших «кита», давших развитие и мощь Челябинску, его историческому развитию.

- Теперь о моей семье. Мои родители действительно познакомились на Челябинском тракторном заводе, оба в Челябинске оказались во время эвакуации в годы Великой Отечественной войны.

Я родился в Челябинске. Отец – Леонид Максимович – был родом из Вятки. В войну подростком работал на Челябинском тракторном заводе – был сборщиком танков.

Мама – Клавдия Андреевна – родом с Украины, из Кировограда, детдомовская сирота. Моего отца, своего будущего супруга встретила после эвакуации на Урал на тракторном заводе. Поженились родители после войны, в 1948 году, перед армейской службой отца в Москве, служил он шофером в Кремле, возил крупных руководителей страны той эпохи.

Так что ЧТЗ сыграл в жизни нашей семьи важную роль. После школы я в 1967 году тоже пришел рабочим на тракторный завод, о чем не жалею. Я помню еще трамваи с деревянными дверями, какие можно встретить на исторических фотографиях. В ночную смену трамваи в сторону ЧТЗ шли битком, столько людей работало на тракторном заводе. Мне иногда приходилось за одни сутки успевать работать и в первую, и в третью смену.

Дорога моя «привела» на завод после того, как не поступил на истфак в челябинский пединститут.

- Получается, что могли пойти по технической линии, поступить в политех, но жизнь распорядилась по-другому?

- Нет, еще в школе чувствовал, что тянет меня в литературу. Среди любимых учителей были педагоги по литературе - Нина Николаевна Максимова, Генриетта Серафимовна Чуличкова.

В 1967 году, освоив за полгода на ЧТЗ токарное дело, я перешел на областную станцию юных техников по приглашению ее директора Вла­димира Акимовича Горского. Стал работать методистом по работе с подростками. Горский впервые послал меня в Москву на Центральную станцию юных техников.

Первый отпуск, изменивший мою жизнь

Еще в школе, когда в 1965 году в стране широко отмечалось 70-летие Есенина, я влюбился в его поэзию и появилась мечта встретиться с его современниками. Я прикинул, что раз поэту было бы семьдесят лет, то и его современникам – столько же. Стоит сказать, что до этого в стране Советов Есенина не вспоминали, в школе его тоже только-только стали проходить.

И вот в свой первый отпуск в августе 1968 года я поехал в Москву, затем в Рязанскую область, в село Константиново. Поехал на время отпуска, а задержался на три месяца.

- И что – без последствий?

- Последствия, конечно же, были, не могло не быть. Меня уволили по 33-й статье. Мне об этом сообщили. Я решил тогда для себя: история меня оправдает.

- И как? Оправдала?

- Понимаю, что в пример меня ставить сложно, но – сейчас меня считают одним из самых известных исследователей творчества Сергея Есенина. Если это так, то базис для этого был наработан именно тогда, во многом в те три месяца.

Вообще же за пять-шесть лет я встретился и много общался с двумя десятками современников Сергея Есенина, записывал на магнитофон их рассказы и воспоминания.

Так, в 1968 году началась череда встреч: меня. девятнадцатилетнего юношу. принял великий скульптор Сергей Коненков (ему было 94 года) – автор бюста Есенина, который он лепил с натуры в 1920-е годы.

Коненков общался с Есениным с 1915 года. Сам поэт иногда в шутку называл статую скульптора гипсовым болваном и истуканом, чем обижал автора. Однажды Есенин сбросил бюст с балкона четвертого этажа в квартире Софьи Андреевны Толстой и потом долго сокрушался. Коненкову принадлежит еще и деревянная скульптура «Есенин читающий», которая сохранилась.

Мне удалось познакомиться с сестрами поэта Катей и Шурой, был знаком с его детьми, на родине Есенина общался с селянами, которые помнили поэта.

Встречался с журналистом Николаем Константиновичем Вержбицким - автором книги «Встречи с Есениным».

Любопытной была моя встреча с Ильей Ильичом Шнейдером – руководителем школы танцев Айседоры Дункан в Москве. Он был свидетелем отношений Есенина и Дункан и рассказывал много неизвестных подробностей одного из знаменитых романов XX века. Могу вспомнить, что я даже спал на тот самом диване, где когда-то спали Есенин с Айседорой. Сейчас он находится в музее поэта в селе Константиново.

Знаменитая актриса Августа Леонидовна Миклашевская, цикл стихов о ко­торой «Любовь хулигана» был написан Сергеем Есениным, не только рассказала мне о подлинных случаях из жизни, но и собственноручно записала строфы из тех стихов, впоследствии факсимильно воспроизведенных в юбилейном трехтомнике, который мной был составлен к 100-летию поэта в 1995 году и стал событием в литературном мире.

Есенин на экране

Несколько лет назад по ТВ прошел многосерийный фильм про Есенина, в главной роли — Сергей Безруков. Наверное, вас спрашивали тогда об этом фильме.

– Да, конечно. Спрашивали и о том, насколько правдиво были изображены в киноверсии взаимоотношения Есенина с Айседорой Дункан.

- И что вы ответили на это?

– Айседора Дункан – одна из культовых фигур XX века. Она - основательница танца жеста, училась в Греции и Италии, жила в Париже, была знакома со скульптором Роденом. Ее известность пришла еще в 1900 году на Парижской выставке, когда Есенину было всего пять лет. А познакомились они в мае 1921 года в Москве. Она была звездой. В фильме же предо мной предстала озорная женщина, которая много пьет, бьет посуду и ругается матом. Стоит заметить, что между Есениным и Дункан была огромная разница не только в возрасте, но и в менталитете, культуре. Да, встретились два художника, но они должны были расстаться, потому что линии их судеб никак не пересекались. Для себя в том фильме встретил немало фактических ошибок. Например, там был эпизод, когда Есенин начинает читать Айседоре Дункан свое знаменитое стихотворение «Не жалею, не зову не плачу…». Повторю еще раз: поэт познакомился с Дункан в 1921 году, а стихи эти были написаны им в 1924-м, когда Есенин уже расстался с Айседорой.

- Итак, в год 70-летия поэта вы для себя юным человеком открыли поэзию и имя Есенина. А уже в 1995 году к столетию Есенина впервые в России издали трехтомник стихов поэта, восстановленных по рукописям, куда вошли все произведения поэта, которые до этого не пропускала цензура.

На Таганке у Любимова

- В том же 1968 году в Москве мне удалось побывать на спектакле по поэме Есенина «Пугачев» в Театре на Таганке, впрочем, это была отдельная история и начало отдельной части моей литературоведческой жизни.

- Как известно, попасть в театр на Таганку было событием. Как вам это удалось?

- Не сразу и не просто. Случайно увидел на улице афишу спектакля «Пугачев» по поэме Сергея Есенина. В нем участвовал Владимир Высоцкий, песни которого из тогдашнего фильма «Вертикаль» крутились у меня в голове. Пришел в театр за билетиком на спектакль, где узнал, что билетов нет на месяц вперед.

Что-то надо было придумать. У меня была официальная бумага из Челябинского обкома комсомола за подписью Тамары Замориной.

«К нам генералы попасть не могут», - услышал по поводу своей бумаги. Тогда, решил, надо идти к главному режиссеру, им был Юрий Любимов, про которого я тогда, конечно, ничего не знал. В коридоре театра случайно встретил Вениамина Смехова, который подсказал, где кабинет главрежа. Там меня снова попытались отшить, но Юрий Петрович распорядился, чтобы меня посадили в одном из первых рядов переполненного зала, чтобы я смог записать на магнитофон монологи Пугачева и Хлопуши в исполнении Николая Губенко и Владимира Высоцкого.

С этого началось мое знакомство с театром на Таганке, сотрудничество продолжалось двенадцать лет. Когда я уже поступил в Литературный институт, часто бывал в театре, рецензировал пьесы, которые в то время поступали в театр.

В 1978 году я написал дипломную работу о творчестве Любимова и его сценических шедеврах. Был момент, когда меня хотели взять завлитом этого театра, но не случилось, что, наверное, к лучшему, потому что после Любимова у театра начались проблемы. Я тогда вернулся в Челябинск, где стал работать литконсультантом в местном отделении Союза писателей.

В гримерке Высоцкого

- Вопрос, который, наверное, многие ждут: с Высоцким вы были знакомы и как это произошло?

- Поскольку стал бывать в театре часто, с Владимиром Семеновичем встречался не раз. Как-то он увидел меня в компании Юрия Любимова и Андрея Вознесенского в кабинете главрежа. Вообще же познакомился с Высоцким через Есенина. Пришел в гримерку к Высоцкому, чтобы поговорить с ним о работе в спектакле «Пугачев». Все допытывался: ощущает он, как поэт, свое родство с Есениным? Да, ощущаю, ответил Высоцкий. Близок был ему и «есенинский нерв» в поэзии.

Сейчас это, наверное, любопытная деталь – свою дипломную работу в Литинституте я писал за гримерным столиком Владимира Семеновича. Когда он приходил в театр, сгонял меня, мне приходилось перемещаться за столик Валерия Золотухина.

Как-то в литинститутском журнале вышла моя статья про юную художницу Надю Рушеву, очень популярную в те годы. Я подарил номер этого журнала Высоцкому, подписав: «Легендарному Гамлету…» Тогда таких эпитетов вокруг Высоцкого не было и мои слова были ему приятны.

Последний раз я видел Высоцкого в апреле 1980 года на обсуждении спектакля «Преступление и наказание».

После смерти поэта встречался с мамой и отцом Высоцкого, занимался описанием библиотеки актера и поэта.

Конечно, в те годы не было смартфонов, но по возможности старался делать фотопортреты тех, с кем встречался. Есть у меня несколько фотопортретов Высоцкого, один из них подарил Марине Влади во время ее приезда в челябинский драмтеатр.

Кстати, сам Высоцкий дважды приезжал в Челябинск. В гостинице «Южный Урал» он написал две песни.

Разговор с Высоцким у меня остался на магнитофонной пленке. В те годы купить магнитофонную кассету было проблемой, поэтому купил кассету с записью голосов птиц. На нее-то и записал интервью с Высоцким.

В планах написать книгу о Высоцком и отдельную – о «моем» театре на Таганке.

В ботинках Андронникова мне было неуютно

- Алексей Леонидович, поделитесь советом – как можно познакомиться с известным человеком, исходя из собственного опыта, который у вас немалый?

- Если анализировать мой опыт, то вывод таков: со всеми я знакомился и «попадал в ближний круг» благодаря Есенину, точнее мне всегда нужно было что-то уточнить, прояснить. Причем, начавшийся разговор, часто затягивался надолго и собеседник начинал что-то открывать интересное для себя сам.

Чем я мог быть интересным старцу Сергею Коненкову в свои девятнадцать лет? А ведь наш разговор растянулся на четыре часа. Более того, мне удалось убедить скульптора, что ему стоит съездить в Константиново на родину Есенина. Пройдет время и о такой поездке великого скульптора я прочитаю в газете.

Казалось бы, случайной была встреча с Ираклием Андрониковым. Это был известный подвижник литературы, его выступления по радио и по телевидению пользовались в стране большой популярностью.

Как-то я шел в столице по улице Горького и увидел афишу о вечере Андроникова. Купил билет, после встречи пришел за кулисы. С той первой встречи сохранился билет с автографом Ираклия Андроникова.

А еще позже, в доме Андроникова меня одели (в Москве оказался одет не по сезону) в плащ и ботинки знаменитого литератора. Плащ более-менее подошел, а вот с ботинками оказалась проблема – ботинки были 42-го размера, а у меня был 45-й размер.

Позже подробности о Есенине привели меня в Ереван в гости к легендарной Шаганэ.

Была еще одна проблема, с которой я сталкивался в своих «литературных путешествиях», - на что и где жить в чужом городе? Поскольку я был уже «свободным художником», о хлебе насущном приходилось заботиться самому. Пригодились мои технические навыки – много лет летом я работал руководителем кружков в пионерских лагерях. Приходилось работать сторожем, дворником, иногда одновременно и тем. и другим.

Приходилось жить в гостинице «Дом колхозника», где народу было в номере битком. Ездить из Москвы в Челябинск в общем вагоне, сейчас не все знают, что это такое.

Отдельный период в жизни – работа над книгами по истории Южно-Уральской железной дороги. На это ушло более десяти лет. Вышло четыре книги. Одна фундаментальная. Вряд ли кто-то из писателей и журналистов проехал столько километров по ЮУЖД и встречался с таким количеством ее работников.

Книги с автографами

Книги с автографами – их в библиотеке Алексея Казакова около двухсот. Попросил рассказать хотя бы о некоторых, чтобы представить круг его знакомств и былых встреч.

- Конечно, за 57 лет работы по собиранию материалов об Есенине, собралось множество книг от тех людей, кто знал великого поэта.

Это – родные Есенина, его сестры, Илья Шнайдер директор школы Айседоры Дункан.

Свою книгу Андроников мне подписал «с почтением», что тогда совсем еще юному мне было необычно и приятно.

Лев Гумилев подписал и подарил мне две свои книги. На одной книге он написал «читайте и прошу давать желающим». Я как-то дал эту книгу желающим и потом с трудом смог ее вернуть себе.

Семь книг с дарственными надписями у меня от академика Дмитрия Сергеевича Лихачева.

Сергей Юрский, исполнитель роли Остапа Бендера, подписал мне «Золотого теленка». А актриса Татьяна Самойлова, исполнившая роль Анны Карениной, сделала надпись на титуле одноименного романа Льва Толстого.

В конце нашего разговора попросил Алексея Леонидовича предоставить свои фотографии со встреч с знаменитыми людьми российской культуры, а также «фото на память» себя с ними.

- Хорошо, поищу. Есть мои фото с Коненковым и Шаганэ, с Юрием Любимовым и академиком Лихачевым. Известны мои портреты писателя Юрию Трифонову и хирурга Гаврилы Илизарова. Высоцкому его портрет не дарил, но, как уже говорил, подарил его в Челябинске Марине Влади.

Вместо послесловия. Заочно с Казаковым я познакомился еще в середине 80-х годов, когда стал после журфака работать в областной газете «Комсомолец». Среди центральных газет, которые регулярно просматривал, были «Литературная газета» и еженедельник «Литературная Россия». В последней встретил ряд очерков и статей Алексея Казакова. В местных журналистских кругах шушукались – автор живет в Челябинске, литературовед Алексей Казаков.

Потом стало известно, что он стал дважды (1985, 1986) лауреатом литературной премии этого еженедельника, наряду с Д. Лихачевым, В. Распутиным, Е. Евтушенко, А. Кабаковым.

 

Сергей Белковский

Комментарии 0